Вход

Книжная полка: 10 книг от режиссёра Ольги Коваленко

Книжная полка: 10 книг от режиссёра Ольги Коваленко

Мы — это прочитанные нами книги. Каждая настоящая, сильная история как прожитая жизнь. Она меняет нас, позволяя острее чувствовать боль и счастье, лучше понимать других и самого себя. Журнал «Афиша» на A42.RU продолжает рубрику, которая позволит одним глазком взглянуть на книжные полки наших героев, чтобы узнать о них что-то новое.

Сегодня мы заглянем в библиотеку Ольги Коваленко, режиссёра документальных и художественных фильмов.

Текст: Ольга Коваленко
Фото: labirint.ru

«МАНЮНЯ» И ДРУГИЕ

Наринэ Абгарян

Наринэ-джан, пожалуй, один из самых талантливых современных авторов, пишущих на русском языке. Причём начинать знакомиться с ней лучше всего с трилогии «Манюня» — удивительной, смешной, трогательной истории о детстве и о том, почему на самом деле не существует взрослых — есть только выросшие дети. Понравится читателям от 5 и до 100 лет, гарантирую.

Кстати, читать книгу на голодный желудок просто невозможно. Эту духовную пищу нужно сопровождать пищей калорийной, потому что в противном случае вы рискуете подавиться слюной. Дело в том, что Наринэ-джан ненароком, будто случайно описывает вкуснейшие блюда домашней кухни... Равнодушным остаться не получится, поэтому запасайтесь чаем, плюшками с корицей и наслаждайтесь чтением.

«Понаехавшая» — это повесть о том, как молодая девушка выживает в чужом гигантском, не слишком дружелюбно настроенном городе. Повествование ведётся с присущим автору юмором.

«Люди, которые всегда со мной» стоит особняком в творчестве автора, потому что в ней есть место межнациональным конфликтам, войне. Но, как и всегда, у Абгарян всегда есть место надежде, вере, любви. И лучшим качествам человека.

«ГАРРИ ПОТТЕР»

Дж.К.Роулинг

Наверное, в мире нет человека, который бы не знал историю мальчика-волшебника со шрамом на лбу. И, наверное, именно её я могу назвать самой любимой. Она окунает в волшебный мир, учит дружить, мечтать, быть настоящим. И показывает: мир не чёрно-белый — есть оттенки, полутона.

Серию книжек о Мальчике-который-выжил сейчас всячески пытаются подвергнуть критике или «испортить» неудачным переводом (да что скрывать, вышедшая в прошлом году пьеса «Гарри Поттер и проклятое дитя» и сама по себе не может считаться украшением серии, скорее, добавочным элементом), но хуже она от этого не становится.

«ВИШНЁВЫЙ САД»

Антон Чехов

Перечитывала пьесу раз четырнадцать, не меньше. Магию её не могу понять категорически, почему возвращаюсь к ней раз за разом. И каждый раз в конце будто слышу стук топора, который вырубает вишневый сад, и пытаюсь представить чувства отъезжающей из родной усадьбы Любови Раневской…

«МИРГОРОД» И «ВЕЧЕРА НА ХУТОРЕ БЛИЗ ДИКАНЬКИ»

Николай Гоголь

Мистический Гоголь любим мною с самого детства по двум причинам: всегда интересен (возможно, именно из-за тяги к мистическому), всегда актуален. С опаской жду выхода фильма «Гоголь. Начало», потому что не хотелось бы слишком вольного обращения с судьбой писателя и его произведениями.

«КОПЧЕНАЯ СЕЛЁДКА БЕЗ ГОРЧИЦЫ» И ДРУГИЕ

Алан Брэдли

Первую книгу из этой серии мне посоветовала подруга, которую привлекло вычурное название. И не зря. Брэдли — канадский журналист, в более чем зрелом возрасте опубликовавший первую книгу о Флавии де Люс — гениальном сыщике 11 лет. «Ну вот, это для детей», — решите вы. И ошибётесь.

Флавия не по годам умный, саркастичный и, местами, драматичный персонаж. Настоящий аналитик со страстью к ядам и тайнам. Пока её сёстры музицируют, читают книги и занимаются всем, чем положено заниматься благородным девицам в сонном английском поместье Букшоу в 1950-м году, душечка Флавия переворачивает всё верх дном, чтобы докопаться до истины. И поверьте, она это сделает! Последнюю книгу серии «Трижды пёстрый кот мяукнул» я ещё не прочла, но сделаю это в ближайшее время.

«ДЖЕЙН ЭЙР»

Шарлотта Бронте

Не оригинальна в своей любви к этой книге и комментарии тут излишни, да? Признанная классика, которая вошла в топ-100 мировой литературы. Книга гениальна, поэтому на моей полке существует в двух переводах и оригинале.

«ЗОВ КУКУШКИ», «ШЕЛКОПРЯД» И «НА СЛУЖБЕ ЗЛА»

Роберт Гэлбрейт

Трилогия, созданная все той же Джоан Роулинг, но уже под мужским псевдонимом. Думается, если бы этот факт не был обнародован, никто и не догадался бы, потому что книга написана по-мужски чётко, ясно и логично. Это современный детектив, по которому BBC сегодня, кажется, снимает сериал. Можете читать без опаски, даже если не любите другие произведения Роулинг (читай: «Гарри Поттера»). Затягивает!

«НАД ПРОПАСТЬЮ ВО РЖИ»

Джером Сэлинджер

Не знаю человека, который прочёл бы историю Холдена Колфилда, и не был бы ею тронут. Обострённое мировосприятие 16-летнего паренька передаётся читателю, и ты ещё какое-то время живёшь с этим ощущением остроты окружающего мира. Как будто до этого момента взгляд на происходящее вокруг тебя замылился, а потом ты неожиданно нацепил на нос очки и снова видишь каждый листочек на дереве и небо — до единого облачка.

«СВОБОДНЫЕ ОТ ДЕТЕЙ»

Юлия Лавряшина

Нет, это вовсе не значит, что я child-free, раз читаю книги с таким названием. И тем более не значит, что child-free сама Юлия, у которой, между прочим, трое детей.

С её сыном Женей мы ходили в один детский сад, жили в соседних домах, так что с творчеством Юлии я была знакома с самого юного возраста. Правда, с поэтической его частью. С прозой познакомилась только в этом году. И поразилась, несколько тонко, умно и интересно могут писать российские авторы. Очень горжусь, что именно у нас в Кузбассе когда-то родилась такая талантливая писательница.

«ТРИНАДЦАТАЯ СКАЗКА»

Диана Сеттерфилд

Прочитанная ещё в студенчестве, она до сих пор нежно любима, несмотря на то, что некоторые литературные критики всё это время пытались обесценить дебютный роман Сеттерфилд. Я с теми, кто считает Сеттерфилд новой Бронте, а «Тринадцатую сказку» — современной «Джейн Эйр». Думаю, мировым бестселлером книга в своё время стала заслуженно. Эта история наполнена редким для детективов драматизмом, а литературная игра в ней столь безупречна, что можно даже не обращать внимания на излишнюю затянутость описательной части.

вверх